Неточные совпадения
Она сообщала, между прочим, что, несмотря на то, что он, по-видимому, так углублен в самого себя и ото всех как бы заперся, — к новой
жизни своей он отнесся очень прямо и просто, что он ясно понимает свое положение, не ожидает вблизи ничего лучшего, не имеет никаких легкомысленных надежд (что так свойственно в его положении) и ничему почти не удивляется среди новой
окружающей его обстановки, так мало похожей на что-нибудь прежнее.
Потом он взглянет на
окружающее его, вкусит временных благ и успокоится, задумчиво глядя, как тихо и покойно утопает в пожаре зари вечернее солнце, наконец решит, что
жизнь его не только сложилась, но и создана, даже предназначена была так просто, немудрено, чтоб выразить возможность идеально покойной стороны человеческого бытия.
Терялся слабый человек, с ужасом озираясь в
жизни, и искал в воображении ключа к таинствам
окружающей его и своей собственной природы.
Ни одна мелочь, ни одна черта не ускользает от пытливого внимания ребенка; неизгладимо врезывается в душу картина домашнего быта; напитывается мягкий ум живыми примерами и бессознательно чертит программу своей
жизни по
жизни, его
окружающей.
Зачем не сидел дома да не изучал
окружающей тебя
жизни на месте?
Человек, раненный злом
окружающего мира, имеет потребность вообразить, вызвать образ совершенного, гармонического строя общественной
жизни.
Он невольно пропитывался окружавшим его воздухом, не мог отмахаться от впечатлений, которые клала на него
окружающая природа, люди, их речи, весь склад и оборот этой
жизни.
Без естественных наук нет спасения современному человеку, без этой здоровой пищи, без этого строгого воспитания мысли фактами, без этой близости к
окружающей нас
жизни, без смирения перед ее независимостью — где-нибудь в душе остается монашеская келья и в ней мистическое зерно, которое может разлиться темной водой по всему разумению.
Так как
жизнь есть прежде всего движение, то основная проблема
жизни есть проблема изменения, изменения собственного и изменения
окружающих.
С детства я жил в мире, непохожем на
окружающий, и я лишь притворялся, что участвую в
жизни этого
окружающего мира.
Как у всех лучших французских intellectuels, у него было отталкивание и даже отвращение к
окружающему буржуазно-капиталистическому миру, он хотел новой
жизни, хотел омолодиться.
Я сознавал в себе большую силу духа, большую независимость и свободу от
окружающего мира и в обыденной
жизни часто бывал раздавлен беспорядочным напором ощущений и эмоций.
— Вы никогда не думали, славяночка, что все
окружающее вас есть замаскированная ложь? Да… Чтобы вот вы с Дидей сидели в такой комнате, пользовались тюремным надзором мисс Дудль, наконец моими медицинскими советами, завтраками, пользовались свежим бельем, — одним словом, всем комфортом и удобством так называемого культурного существования, — да, для всего этого нужно было пустить по миру тысячи людей. Чтобы Дидя и вы вели настоящий образ
жизни, нужно было сделать тысячи детей нищими.
На всем моем долгом веку я не встречал русского эмигранта, который по прошествии более двадцати лет
жизни на чужбине (и так полной всяких испытаний и воздействий
окружающей среды) остался бы столь ярким образцом московской интеллигенции 30-х годов на барско-бытовой почве.
В том бесконечно сложном и непонятном процессе, который представляет собою
жизнь больного организма, переплетаются тысячи влияний, — бесчисленные способы вредоносного действия данной болезни и
окружающей среды, бесчисленные способы целебного противодействия сил организма и той же
окружающей среды, — и вот тысяча первым влиянием является наше средство.
Слабохарактерный, спившийся, погибавший, он как бы раздваивался в своем произведении: себя он вывел в лице доктора, мрачного меланхолика, страдающего запоем, безнадежно загубленного уже мраком
окружающих условий, но благословляющего своего молодого друга Светлова на новую
жизнь и борьбу.
Дорога в Багрово, природа, со всеми чудными ее красотами, не были забыты мной, а только несколько подавлены новостью других впечатлений:
жизнью в Багрове и
жизнью в Уфе; но с наступлением весны проснулась во мне горячая любовь к природе; мне так захотелось увидеть зеленые луга и леса, воды и горы, так захотелось побегать с Суркой по полям, так захотелось закинуть удочку, что все
окружающее потеряло для меня свою занимательность и я каждый день просыпался и засыпал с мыслию о Сергеевке.
— Ибо она лишает тем полноты
жизни других ее
окружающих.
Лиза порешила, что
окружающие ее люди—«мразь», и определила, что настоящие ее дни есть приготовительный термин ко вступлению в
жизнь с настоящими представителями бескорыстного человечества, живущего единственно для водворения общей высокой правды.
А следить за косвенным влиянием среды на выработку нравов и характеров, значило бы заходить несколько далее, чем требует наш план и положение наших героев и героинь, не стремившихся спеться с
окружающею их средою, а сосредоточивавших свою
жизнь в том ограниченном кружочке, которым мы занимались до сих пор, не удаляясь надолго от домов Бахарева и Гловацкого.
Лиза оставалась неподвижною одна-одинешенька в своей комнате. Мертвая апатия, недовольство собою и всем
окружающим, с усилием подавлять все это внутри себя, резко выражались на ее болезненном личике. Немного нужно было иметь проницательности, чтобы, глядя на нее теперь, сразу видеть, что она во многом обидно разочарована и ведет свою странную
жизнь только потому, что твердо решилась не отставать от своих намерений — до последней возможности содействовать попытке избавиться от семейного деспотизма.
Александр был избалован, но не испорчен домашнею
жизнью. Природа так хорошо создала его, что любовь матери и поклонение
окружающих подействовали только на добрые его стороны, развили, например, в нем преждевременно сердечные склонности, поселили ко всему доверчивость до излишества. Это же самое, может быть, расшевелило в нем и самолюбие; но ведь самолюбие само по себе только форма; все будет зависеть от материала, который вольешь в нее.
Иван Павлович следил за ней тревожным взглядом. Он один из
окружающих ее понимал страшную опасность, в которой она находится, видел быстрое развитие ее внутренних, нравственных страданий, в таких резких формах отражающихся на ее и без того слабом организме. Он чуял приближающуюся беду и оставался бессильным, немым зрителем угасающей юной, дорогой для него
жизни.
Причинами такого водимого и быстрого нравственного падения князя Владимира Александровича Шестова была с одной стороны его воспитание, отсутствие каких-либо нравственных правил, его положительная неподготовленность к трудовой
жизни, отсутствие не только образования, но даже элементарных знаний, с другой же наступившее безденежье, вызвавшее вдруг страшное сознание своей положительной беспомощности, пробудившее дурные инстинкты его натуры в мелочах, ставшие заметными для
окружающих, так как известно, что крупные подлости, совершаемые под аккомпанемент золотого звона, заглушаются этою дивной мелодией: они вовсе не замечаются, или же на них сквозь пальцы смотрит совеременное общество.
Николай Леопольдович похудел, как-то осунулся, даже поседел немного, словом изменился физически, нравственно же, видимо, был бодр. Он был почти весел. Было ли это в силу того, что он уже свыкся с своим положением, привык к мысли об ожидающей его перемене
жизни, надеялся ли, как его
окружающие, или же был уверен, что с деньгами он не пропадет, даже превратившись коловратностью судьбы в архангельского мещанина. Вероятнее всего, что его укрепляла последняя мысль.
Мягкий по природе, воспитанный дома, не испытавший на себе влияния товарищеской среды учебного заведения, созидающей характеры юношей, балованный сынок боготворившей его матери, князь Виктор Васильевич Гарин вступил в самостоятельную
жизнь сперва юнкера, а потом офицера с смутными, неопределенными взглядами на
жизнь, — без знания и конечно, без всякого умения распознавать
окружающих его людей, и даже, странно сказать, без точного понятия о добре и зле.
Показывая всем
окружающим, что страшно нуждается в средствах к
жизни, Гиршфельд продал экипажи и лошадей и даже много лучших вещей из квартирной обстановки. Серебро и золото было заложено им в ломбард.
Основной чертой его характера было презрение к людям, в нем заискивающим и ему помогающим. Может быть эта происходило от сознания, что он стоит головою выше его
окружающих по уму и по знаниям и от озлобления, что
жизнь его сложилась так, что он сделался для охранителей правового порядка чем-то в роде травленного зайца. Глумление над этими охранителями было любимою темою его разговоров.
Девушка или с самого начала так прилаживается к
окружающему ее, что уж в четырнадцать лет кокетничает, сплетничает, делает глазки проезжающим мимо офицерам, замечает, не крадут ли горничные чай и сахар, и готовится в почтенные хозяйки дома и в строгие матери, или с необычайною легкостью освобождается от грязи и сора, побеждает внешнее внутренним благородством, каким-то откровением постигает
жизнь и приобретает такт, хранящий, напутствующий ее.
Человек может быть в сравнительной гармонии с
окружающим миром не потому, что он менее греховен и лучше, а потому, что в нем менее пробудилась духовная
жизнь и он менее тоскует по иной
жизни, что он слишком закрыт в известном кругу и подавлен
окружающим миром до совершенного довольства им.
В довершение несчастья, на мрачном фоне его будничной
жизни стал за последнее время светлым пятном мелькать образ хорошенькой девушки, белокурой Глаши, горничной Настасьи Федоровны, сгущая еще более
окружающий его мрак.
За этим делом Петр Елисеич совсем забыл
окружающих и даже о том, что в последнее время отравляло ему
жизнь.
Останавливаясь на рубеже деятельной
жизни, человек старается определить свое место в природе, свое значение, свои отношения к
окружающему миру.
Гениальная
жизнь знает минуты экстатического блаженства, но не знает покоя и счастья, всегда находится в трагическом разладе с
окружающим миром.
Потому что и бессознательная былинка и та не живет даром, и та своею
жизнью, хоть незаметно, но непременно воздействует на
окружающую природу… ужели же я ниже, ничтожнее этой былинки?
Неизвестно почему, ей показалось, что Техоцкий принадлежит к числу тех гонимых и страждущих, которые стоят целою головой выше толпы, их
окружающей, и по этому самому должны каждый свой шаг в
жизни запечатлеть пожертвованиями и упорною борьбою.
Но в памяти моей эти покаяния его как-то странно сливаются с тогдашнею эпохою, — вся эпоха тогдашняя представляется мне охваченною этою трактирно-покаянною тоскою: хороший, чуткий интеллигент не в силах переносить
окружающих его жестокостей и несправедливостей
жизни и тоскующую спою совесть заливает вином.
— Минского. «Песни о родине»… А?! Правда, хорошо сукин сын написал? Это самоедство наше постоянное, проклинание
жизни, всех условий
окружающих, — а сами боимся броситься в борьбу, оглядываем свои раны душевные и, как ордена, гордо выставляем напоказ… «В какой борьбе боролся ты напрасно?»
И наблюдал я помещичью
жизнь — мелкость интересов, роскошную
жизнь среди бедствующих крестьян, их эксплуатацию — и замысливал повесть о тоскующем русском интеллигенте: как о» задыхается от
окружающей его пошлости и жестокости, как обличает их, — и как горько пьянствует где-нибудь в трактирчике, заливая водкою ощущение одиночества и благородные страдания своей души.
Но, кроме того, есть и еще соображение: эти посещения напоминают детям, что они — русские, а гувернерам и гувернанткам, их
окружающим, свидетельствуют, что и в России возможна своего рода vie de chateau. [
жизнь в замке (франц.)]
Вода жива; она бежит или волнуется ветром; она движется и дает
жизнь и движение всему ее
окружающему.
В шуме дерев, в шелесте листьев, в душистых цветах искала она ту поэзию
жизни, которой не доставало ее мечтательной душе среди
окружающих ее людей.
Полная беззаботность,
окружающее довольство, возможность исполнения всех мимолетных желаний и капризов, почти царская роскошь — все эти условия
жизни молодой женщины, казалось, должны бы сделать ее совершенно счастливой.
Он начал смотреть по сторонам, на
окружающую местность, хотя ему, который только утром в первый раз в
жизни прибыл в столицу, эта местность не могла объяснить ничего.
Любовь очень часто в представлении таких людей, признающих
жизнь в животной личности, то самое чувство, вследствие которого для блага своего ребенка мать отнимает, посредством найма кормилицы, у другого ребенка молоко его матери; то чувство, по которому отец отнимает последний кусок у голодающих людей, чтобы обеспечить своих детей; это то чувство, по которому любящий женщину страдает от этой любви и заставляет ее страдать, соблазняя ее, или из ревности губит себя и ее; это то чувство, по которому люди одного, любимого ими товарищества наносят вред чуждым или враждебным его товариществу людям; это то чувство, по которому человек мучит сам себя над «любимым» занятием и этим же занятием причиняет горе и страдания
окружающим его людям; это то чувство, по которому люди не могут стерпеть оскорбления любимому отечеству и устилают поля убитыми и ранеными, своими и чужими.
Человек, владея по наследству миллионами или десятками тысяч десятин, вследствие того, что у него большой дом, лошади, автомобили, прислуга, считает себя особенным человеком. Вся
окружающая его роскошь так опьяняет его, что он не можетперенестись в
жизнь того рабочего, который устраивает стачку на его заводе, или нищего мужика, который срубает дерево в его лесу, и без укоров совести казнит, если может, и рабочего и крестьянина.
Обыкновенно думают, что
жизнь старых стариков не важна, что они только доживают век. Это неправда: в глубокой старости идет самая драгоценная, нужная
жизнь и для себя и для других. Ценность
жизни обратно пропорциональна квадратам расстояния от смерти. Хорошо бы было, если бы это понимали и сами старики и
окружающие их. Особенно же ценна последняя минута умирания.
Если же наши мысли сообразны с пьесою, то мы просим ответить еще на один вопрос: точно ли русская живая натура выразилась в Катерине, точно ли русская обстановка во всем, ее
окружающем, точно ли потребность возникающего движения русской
жизни сказалась в смысле пьесы, как она понята нами?
В сухой однообразной
жизни своей юности, в грубых и суеверных понятиях
окружающей среды, она постоянно умела брать то, что соглашалось с ее естественными стремлениями к красоте, гармонии, довольству, счастью.
Без сомнения, лучше бы было, если б возможно было Катерине избавиться другим образом от своих мучителей или ежели бы
окружающие ее мучители могли измениться и примирить ее с собою и с
жизнью.